«Товарищ Трамп» поможет левым прийти к власти на заднем дворе США

Чем грозит Латинской Америке «доктрина Донро», «Свободная Пресса» обсудила с политологом, корреспондентом латиноамериканского телеканала TeleSUR Олегом Ясинским.

«СП»: Госдеп США объявил Западное полушарие исключительной зоной собственных интересов. А как же интересы самих стран Латинской Америки? Что из себя представляет так называемая доктрина Донро?

— Здесь ничего нового: все правительства США, демократические, республиканские, проводили одну и ту же политику разными методами. «Доктрина Монро» была и есть основа политики США в Западном полушарии. А демократы и республиканцы соответственно просто играли в доброго и злого следователя. Ни одно правительство США не учитывало всерьёз интересы латиноамериканских народов и государств.

Мы знаем историю десятков военных переворотов, которые были организованы США. Трамп просто более цинично, и, в то же время, менее лицемерно, подтвердил, что единственное, что нужно США от Латинской Америки — безусловное подчинение, ресурсы, полный контроль. И то, что Штаты пытаются делать в отношении Венесуэлы, Кубы, — это отношение ко всему континенту.

---

СМОТРИТЕ БЕСЕДУ С ОЛЕГОМ ЯСИНСКИМ В «СП-ВИДЕО»

Прямые ссылки передачи в RuTube, YouTube, VK

Смотрите все передачи СП-ВИДЕО

---

«СП»: Что ждет Венесуэлу? Есть мнение, хоть это и не оправдывает похищение, что Мадуро — менее прагматичный и эффективный управленцем, чем Чавес, который мог после выступления Джорджа Буша с трибуны ООН говорить, что «здесь пахнет серой», но не ссориться с США и поддерживать экономику.

— Когда Чавес приходил к власти, то не собирался рвать отношения с США. Венесуэла хотела лишь независимости и уважительного отношения. Но Венесуэла во время бомбёжки НАТО Югославией запретила дозаправку американским военным самолётам, летящим в Европу. А Чавес говорил, что он за борьбу с терроризмом, но показывал фотографии убитых палестинских детей, говорил откровенно то, что весь мир думает, но не решается озвучить.

Конечно, США это восприняли как объявление войны, со временем санкции переросли в настоящую экономическую блокаду и попытки переворотов против Чавеса, поддержки откровенных террористов под видом оппозиции.

Мадуро не изменил политику по отношению к США. Это США изменили политику по отношению к Венесуэле, пока не произошло то, что сейчас произошло. Но на территории Венесуэлы продолжает действовать Конституция, которая была принята при Чавесе. Идёт информационная война, очень много фейков, вбросов, интерпретаций.

«СП»: А что сейчас происходит в Венесуэле?

— В Венесуэле сложный внутренний процесс. Побережье заблокировано американскими военно-морскими силами, возможности страны очень ограничены, ситуация в экономике сложная, хотя последние два года ситуация улучшалась. Реформы в PDVSA (нефтяная компания Венесуэлы — «СП») начались. Компания откроется большему числу иностранных инвесторов, но, как утверждает венесуэльское правительство, речь идёт не об открытии только американским инвесторам, но и России, Китаю, всем.

В самой PDVSA объективно были застойные бюрократические явления, а действовавшая модель, несмотря на свою политическую корректность, красоту, не работала, и реформы были нужны. Но я бы не спешил с выводами. Всё, конечно, не очень хорошо в Латинской Америке, даже плохо, но не настолько кошмарно, как любят рассказывать американские СМИ.

«СП»: Существуют реальные риски повторения венесуэльской истории на Кубе?

— У Кубы есть внутренние проблемы, большая часть из них связана с блокадой, другая часть — с явными ошибками правительства. Куба переживает самый тяжёлый кризис за всю свою историю. Это сложнее, чем «особый период» (экономический кризис на Кубе после развала СССР — «СП»). Во время «особого периода» был Фидель Кастро. И было живо поколение Фиделя, устанавливающее очень высокую моральную планку.

Сейчас на Кубе происходит социальное расслоение в результате экономических реформ: появляется прослойка весьма богатых людей, в то время как большинство кубинцев живёт очень скромно. Но кубинцы, в основном, несмотря на недовольство, не хотят возвращения к капитализму, вновь становиться американской колонией. И на агрессию в отношении Кубы ответ будет со стороны всей Латинской Америки, ведь это агрессия против всего человечества. Куба для мира остаётся важным символом сопротивления.

«СП»: Что делать в случае полной блокады Кубы?

— Если Штаты прибегнут к полной морской блокаде Кубы, тогда думаю, должны будут вмешаться Россия, Китай и союзники Кубы в самой Латинской Америке. Творятся дикие вещи, которые, мы думали, остались где-то между XIX и началом XX века. Сейчас Штаты вернулись к той же политике.

«СП»: А какие силы сейчас популярны в Латинской Америке? Возьмем пример Аргентины: правого Милея хвалят за снижение преступности в стране и совсем не либеральный контроль цен на товары. Так ли это?

— Такой преступности, как сейчас, никогда не было в аргентинской истории. В Аргентине растёт даже не бедность, а нищета. Милей уничтожил практически все социальные программы. Перед его победой мы думали, что он популист, как большинство латиноамериканских кандидатов в президенты, но оказалось, он отвечает за слова.

Обещал взять курс на полное уничтожение аргентинского государства, и он это делает. Естественно, это проект не Милея, а глобалистских элит. Латинская Америка сейчас превращена в очередную лабораторию нового мирового порядка. Аргентина — полигон, чтобы все мы посмотрели в зеркало будущего, что нас ждёт.

«СП»: Еще недавно в Латинской Америке были левые правительства, а сейчас континент «правеет»?

— 15−20 лет назад в Латинской Америке действительно шла речь о красной/розовой или левой волне. Но это термин из американской прессы, где все, кто не ультраправые — смертельная угроза. В России тоже говорили о левой волне на континенте хотя, глядя изнутри, были видны слабость и противоречия правительств, пытающихся построить социал-демократию в условиях, где её строить трудно, если не невозможно.

Мы видим провал социал-демократии даже в богатых европейских странах, тем более это было предсказуемо в Латинской Америке. Реформистские правительства выступали за всё хорошее против всего плохого, хотели создать лучшие условия для жизни, говорили о революции, размахивали революционными флагами, пели революционные песни. Но в то же время боялись обидеть США, хотели избежать конфликтов с внутренними элитами, с правящими классами, с крупным национальным капиталом.

В результате главным инструментом борьбы против этих правительств стала пресса, оставшаяся в частных руках местной олигархии и поддерживаемая США. А многие прогрессивные правительства Латинской Америки наивно рассчитывали на патриотизм местных элит. В итоге это всё сильно ослабило такие осторожные правительства, и правые перешли в контрнаступление, особенно после пандемии, которая сильно ударила по экономике континента.

Можем к этому добавить влияние западных соцсетей и новомодные европейские тренды. Фонд Сороса, частные фонды из Западной Европы «кастрировали» левое движение Латинской Америки, отвлекли социальные силы, молодёжь, выхолостив социальную, классовую борьбу и антиимпериализм, заменив «повесткой».

В Латинской Америке это особенно трагично. В отличие от Европы, здесь десятилетиями были реальные антиимпериалистические левые силы. Но многие связывают надежды с товарищем Трампом, он может пробудить антиимпериалистические настроения в Латинской Америке, напомнив новым поколениям, что такое чувство национального достоинства.

«СП»: А где в Латинской Америке остались антиимпериалистические силы?

— Это не политические партии. В Бразилии есть такое интересное движение безземельных крестьян, точнее, безземельных трудящихся. Это несколько миллионов человек, влияющих на политику Бразилии. Это индейские движения в Колумбии, Чили, Мексике, Перу, Эквадоре, которые часто оказываются последним барьером на пути транснациональных корпораций, рвущихся на нефтяные, газовые, золотые месторождения, к природным ресурсам. Речь сейчас идёт об объединении этих сил, создании совместной повестки. Перед Россией и Латинской Америкой в этом смысле сейчас стоит одна и та же задача.

«СП»: Какой могла бы быть экономическая и политическая стратегия взаимодействия России и стран Латинской Америки?

— Мне всегда было обидно, что Россия уделяет столько внимания другим регионам и забыла Латинскую Америку. Но сейчас в среднесрочной перспективе больше надежд на Африку, чем на Латинскую Америку, потому что в Африке идёт настоящая борьба за независимость.

Они извлекли уроки из ошибок 1970-х и 80-х годов, не хотят быть паразитами для России или для Китая и просто получать помощь в обмен за провозглашение социализма или размахивание флагом, а хотят выстраивать взаимовыгодные отношения на равных. Но в Латинской Америке таких последовательных правительств нет и по окрику из Белого дома местные элиты с поджатыми хвостами начинают оправдываться.

России в такой ситуации нужно искать партнёров среди организаций, социальных движений, провинциальных властей. К тому же, в Латинской Америке к нам прекрасно относятся, здешняя интеллигенция воспитана на русской и советской литературе и культуре XX века. Нас помнят, любят, ценят за то, что был Советский Союз, который противостоял монстру.